Ненавистный ноябрь перевалил за середину. Тучи плотно затянули небо, не оставив ни малейшей лазейки для солнца. То ли дождь, то ли снег – уже непонятно. Воздух пропитан чьим-то кашлем и стонами ветра. Начинается период, когда стены квартиры воспринимаются не как душная тюрьма, а как уютное гнездышко. Думаю, во всём виноваты сапоги. Они слишком красивые, чтобы ходить в них по грязи, а уж тем более бегать к остановке. В моей жизни появились машины – ради сохранения любимой обувки.
Так я обзавелась серебристой четырёхколёсной тенью, которая сопровождала меня почти повсюду. На палитре серой жизни наметились перемены. Буйство красок, взрывавшихся внутри каждый день, рисовало на моём вечно угрюмом лице улыбки. Было приятно ощущать себя наглотавшейся таблеток счастья дурой, но следовало сначала читать инструкцию по применению: мой антидепрессант оказался в глубоко женатом состоянии.
Судьба нанесла мне сильный удар, выбив из организма сон и тягу к еде, но оставив внутри гниющую зависимость от А. Я жадно глотала наши встречи и любые проявления нежности с его стороны. Голод по любви и болезненная тяга к взрослым мужчинам бодались с совестью и моральными принципами: минусы и плюсы перепутались - это выбивало из равновесия. Полюса изменились, когда А. перестал быть тенью и, взяв меня за руку, встал со мной рядом. Оказывается, любое безумие вместе переживается легче и даже принимается за своеобразную нормальность.
Эйфория схлынула, обнажив острые пики: роль второго плана для меня, тяжесть двойной жизни для него и чувство вины для обоих.
